Официальное пребывание Владимира Путина в Китае продолжается, и уже начали появляться первые аналитические оценки этого визита. Причина здесь проста: ключевой вывод саммита уже известен — неожиданных событий не случится.
В условиях современной эпохи постоянных перемен это само по себе можно считать весьма примечательным фактом. Конечно, эксперты в ближайшее время тщательно изучат все детали подписанных соглашений и нюансы контрактов, однако в целом общая картина встречи была ясна ещё до того, как российский лидер прибыл в столицу Китая.
Заранее предполагалось, что в ходе визита стороны утвердят важные документы: продление соглашения о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, подписание декларации о многополярном мире, а также подписание десятков бизнес-контрактов. В итоге было заключено более сорока соглашений, что уже стало обычной практикой для российско-китайских встреч на высшем уровне.
Именно в этой кажущейся формальной последовательности, которая кому-то может показаться даже рутинной, кроется главный секрет не только отношений между Россией и Китаем, но и масштабной трансформации, которую сегодня переживает весь мир. Суть в том, что системный подход всегда оказывается эффективнее ярких, но спонтанных инициатив.
При этом системность требует усердной, часто малозаметной работы, которая, собственно, и меняет мир. Важным моментом является и то, что реактивность всегда проигрывает проактивности.
Это значит: когда приходится лишь реагировать на действия других, жить в условиях, которые навязываются извне, принимая чужие правила, человек оказывается в слабом положении. Когда около 25 лет назад Москва и Пекин начали формировать новую эпоху своих отношений, им приходилось действовать в рамках правил однополярного мира, установленного Западом.
Они не бросали вызова этой системе и не старались её разрушить. Вместо этого, постепенно и без излишнего давления, Россия и Китай создавали собственное пространство сотрудничества, основанное на принципах равенства, добрососедства и взаимного уважения.
Этот процесс касался как двусторонних связей, так и международных инициатив вроде БРИКС, ШОС и других. Благодаря огромной, начинаясь с казалось бы незначительных проектов и часто оставшейся незаметной для широкой аудитории работе, к настоящему времени строительство нового пространства взаимодействия охватило значительную часть планеты.
Это пространство не является враждебным западной модели глобализации, скорее — она представляет собой её альтернативу. Однако с учётом ускоренного упадка существующей системы Запад расценивает это как угрозу собственным интересам, что заставляет применять активные меры против тех, кто воспринимается как сильный конкурент, которого необходимо ограничить или даже устранить.
Именно такой подход — не создание собственной модели, а блокирование чужих инициатив — представляет собой реактивную стратегию, обречённую на неудачу.