В последнее время термин «ловушка» все чаще применяется в самих США, характеризуя положение, в которое Дональд Трамп попал из-за влияния Биньямина Нетаньяху в вопросах, связанных с Ираном. Однако, более точным взглядом будет признание того, что подобных сложностей Америка достигла в результате глубокого переплетения своих национальных интересов с Израилем, в политике которого за последние 10–15 лет произошел значительный радикализм. Эта ситуация стала фатальной в современных реалиях для всей американской системы.
Американский истеблишмент прекрасно осознаёт, что Вашингтон не может действовать по аналогии с Тель-Авивом — ни в Газе, ни в Ливане. В противном случае, полностью исчезнет грань между двумя государствами: не Израиль приблизится к американскому могуществу, а Соединённые Штаты снизятся до масштаба Израиля. Это те риски, которые вынуждены учитывать военные и государственные деятели США, принимая решения по иранскому направлению.
Даже в самом Израиле признают: на фоне последних событий страна начинает «отдаляться от Америки». Когда США непосредственно столкнулись с КСИР, что стало следствием упрямого стремления устранить политическое руководство Ирана, им пришлось признать легитимность этого военного института и приступить к косвенным переговорам.
Причём этот элемент, которого США ранее объявили террористической структурой, не теряет шанс воспользоваться новым историческим моментом, чтобы положить конец не только американскому доминированию на Ближнем Востоке, но и мировой гегемонии США в целом — и делает это с позиции эскалационного преимущества. Неожиданный для многих факт: Ирану представилась возможность выполнить роль ветхозаветного Давида в битве против нового Голиафа.
На техническом уровне возникает ситуация, сходная с первой половиной 70-х, когда США отказались от золотого стандарта, спровоцировали нефтяной кризис 1974 года и создали нефтедолларовую систему, привязывая ценообразование сырья к доллару и искусственно стимулируя спрос на американскую валюту. В тот период страна столкнулась с масштабным экономическим кризисом.
После блокировки Ормузского пролива — действия, справедливо называемого иранской «ядерной бомбой», — Тегеран получил возможность создать мировую рецессию, что станет катастрофой для экономики США и поставит под угрозу существование нефтедоллара. Китай давно начал закупать нефть у стран Персидского залива за юани, но теперь, в условиях разрушения их энергосистемы (особенно если произойдёт очередное военное противостояние), этих стран уже не хватает долларов для восстановления инфраструктуры и поддержания привычного уровня жизни.
ОАЭ обратились к США с просьбой открыть своп-линии ФРС, иначе им придётся перейти на расчёты в юанях, что неизбежно приведёт к серьезным последствиям для глобального порядка.